Потрясающе нестандартная фантастика
Британский фантаст Чайна Мьевиль довольно хорошо известен поклонникам жанра, потому выход его нового романа на русском языке – событие весьма значимое. Учитывая тот факт, что свои произведения автор относит к «странной фантастике», каждое произведение его становится совершенно особенным, а значит – чем-то новым и неожиданным, заслуживающим читательского внимания. «Кракен» - роман сложный, содержащий разнородные элементы, складывающиеся в причудливую и странную картину, которая буквально завораживает. Начинается история просто: из Дарвиновского центра при Лондонском музее естествознания исчезает экспонат. Не просто экспонат – а гигантский кальмар, архитевтис. Не просто исчезает – а вместе со своим контейнером, где он хранился в формалине. Расследованием этого необычного преступления занимается особый отдел лондонской полиции, занимающийся Преступлениями, связанными с Фундаментализмом и Сектами. Свое собственное расследование ведет и куратор исчезнувшего экспоната – музейный смотритель Билли Харроу. Раскрыть это преступление необходимо в кратчайшие сроки – иначе цепочка событий, начинающаяся с ловкой и таинственной кражи, приведет к концу света. Тема конца света, в связи с «предсказанием» индейцев майя, в последнее время особенно популярна в художественной литературе, хотя интерес к апокалипсису и его последствиям всегда сопровождал человечество, а фантасты предоставляли многочисленные варианты событий. Однако Мьевиль подошел к теме с несколько иного ракурса: в его мистическом мире существует множество религиозных систем, каждая из которых предсказывает свой оригинальный вариант окончания существования мира – а потому изначально кажется, что исчезновение «чернильно-кожистого преосвященства» не так катастрофично для судьбы мира. Но ситуация усложняется, напряжение усиливается – и вот уже конец света может случится ближайший момент, и его ждут все верующие (не важно во что верующие). Во многом пространство романа Мьевиля похоже на мозаику. Яркие образы – ангелы памяти, обитающие в музеях и защищающих их, женщины-телефоны, мужчины-радио, фамильяры, странная белочка, следящая за героями, и принимающая в оплату собственных услуг орехи – паноптикум удивительного мира поражает воображение. Столь же пестры и многообразны религиозные культы. При этом Мьевиль описывает их достаточно подробно, чтобы у читателя сложилась мистическо-религиозная карта Лондона. Лондон – это центр романа. В его сказочном, укрытом туманом, пространстве Мьевиль собирает свою картину, склеивая ее детали таинственностью. В этом тумане блуждает и главный герой – а вместе с ним и читатель; вокруг них формируется единая атмосфера – и это по-настоящему завораживает. Разнятся и описания. Есть какие-то загадочные полутона, полунамеки. Есть истории отдельных персонажей, важные для понимания общей картины (особенно выделяется история Варди, лидера профсоюза, бывшего когда-то египетской статуэткой – ушебти). Есть предельно четкие и точные сравнения. Есть юмор героев по отношению к себе и собственным занятиям. Но за всем этим непрерывно присутствует ощущение ожидания чего-то странного, фатального, мистически-непонятного – этакое постоянное «что-то происходит на периферии зрения и ускользает, как только пытаешься увидеть это что-то». Это ощущение в равной степени разделяют как герои книги, так и читатели. По мере чтения возникает аналогия, талантливо вписанная в текст, - читатель, подобно кракену, находится во тьме непонимания, и постепенно поднимается к свету, к знанию, очерчивая для себя контуры странного, психоделического мира, где неподвижность – это скрытое движение, где лазерные резаки сосуществуют с ожившими татуировками, где Лондон – не просто город, а удивительный, огромный мир. Одним из самых ярких впечатлений стало описание взаимоотношений героев с книгами – это и «манера чтения» Варди, и удивительная библиотека в подземной церкви «кракенистов». «Кракен» относится к категории тех книг, которые трудно кому-то рекомендовать – очень уж он нестандартный, нетипичный, выходящий за жанровые и стилистические рамки. Однако лично я эту «странную фантастику» читала с огромным удовольствием.